Форум  

Вернуться   Форум "Бней Ноах - Ноахид.ру" > Иудаизм > Иудеи в истории человечества

Объявления
  • Здравствуйте гость!
Ответ
 
Опции темы Поиск в этой теме Опции просмотра
Старый 03.01.2017, 23:40   #1
Андрей
Форумчанин
 
Регистрация: 04.08.2016
Сообщений: 725
По умолчанию Храм

Михаил Коган



Храм



בס''ד

Впервые Переносной Храм Мишкан, евреи построили в пустыне. Причём весь план, вплоть до деталей интерьера и утвари, Моше получил на горе Синай.

Были выбраны главные исполнители: Бецалель бен Ури из колена Иуды и Агалиав бен Ахисамах из колена Дана. О них Тора скажет: «И наполнит дух Всесильного их мудрость, их понимание их знанием и их ремесло». /Шмот: 31,3/ Недостаточно быть умным, знающим и умелым. Нужно ещё вдохновение, а оно только от Всесильного.

Во второй книге Торы «Шмот», начиная с главы «Трума», даётся подробное перечисление материалов для строительства и описание самой постройки. Я не стану пересказывать текст Торы, но на некоторые детали хочу обратить ваше внимание. Написано: «И говорил Г-дь к Моше, говоря: Обратись к сынам Израиля, и возьмите Мне подношения…золото, серебро и медь»./Шмот: 25, 1-3/

Золото, серебро и медь – они стали главными материалами строительства. А ведь именно эти металлы символизируют основные человеческие пороки: жажду власти, богатство и стремление к насилию. Золото – это власть, серебро – деньги, медь – оружие. Не кажется ли это вам странным? Храм, символ духовного возвышения, место, где всё суетное должно не мешать нашей встрече с Б-гом, сделан из материалов, напоминающих о самых страшных пороках? Не удивляйтесь, ничего странного в использовании этих «греховных» материалов нет. Храм – не Райский сад, а место напряжённой работы по исправлению человеческих пороков. Порок, своего рода болезнь. И если мы хотим её излечить, то воздействовать надо не на симптомы, а на причины заболевания. Золото, серебро и медь, они связаны с главной причиной наших грехов - эгоизмом. И я думаю, связь эта не только на уровне символа.

Очень популярный и облюбованный многими художниками евангельский сюжет: «Иисус изгоняет торгующих из Храма», сыграл значительную роль в формировании современных представлений о Храме у человека, воспитанного в традициях западной культуры. Сказано в Евангелии: «И вошед в Храм, начал выгонять продающих в нём и покупающих, говоря им: написано «дом Мой есть дом молитвы», а вы сделали его вертепом разбойников»./Лука: 19, 45-46/

Для многих из нас Храм - это, прежде всего, великолепное архитектурное сооружение, в котором царит атмосфера покоя и величия. Фрески, иконы или статуи украшают его и передают то сакральное содержание, которое по замыслу его строителей должен получить прихожанин. Сквозь витражи на нас изливается неяркий свет дня, создавая атмосферу таинственности. Органная музыка или слаженно поющий хор наполняют наши души радостью. Воистину, мы пребываем в Доме молитвы.

Если бы вашему взору предстал Храм, отстроенный царём Иродом, вы бы подумали, вот то место, о котором идёт речь. Здесь непременно можно встретить Б-га. И в доказательство, фотография макета Второго Храма. Так он выглядел перед самым началом Иудейской войны в 66 году новой эры.



Макет сделан по разработкам израильского археолога (Ядина Мазара).

А теперь представьте себе знойный израильский полдень. В огромном внешнем дворе Храма, окружённом колоннадой, скопились тысячи людей. Они пришли сюда из разных районов страны: нижней и верхней Галилеи, из Голан и Башана, из Беэр-Шевы и Шфелы. Они принесли с собой ягнят для пасхальной жертвы. Тут же стоят лотки менял, занимающихся обменом денег. В Иерусалиме в ходу шекель, и только он принимается в Храме в качестве пожертвования. Так что пришедшие издалека должны обменять свои деньги на шекели.

Жаркий воздух до того плотный, что осязаем на ощупь. Он пропитан запахом благовоний, свежей кровью и сожжённым мясом жертвенных животных. В Талмуде приводится примерное количество почек, которые жарили на праздник в Храме. Их было 600 000 пар. «Шум и вонь от забоя животных, свежевания и жарки тысяч туш, горы костей, шкур и навоза в ослепительном блеске бело-золотых стен Храма должны были подвергать чувства людей настоящему испытанию», - пишет Саймон Голдхил в своей книге «Иерусалимский храм».

Представив себе это столпотворение, я могу понять наивного юношу из провинции, Иисуса, изгоняющего торгующих. Его стремление к тишине и порядку вполне логично. Потому что он ищет место для духовного восхождения, этакую вершину горы с мягкой зелёной травкой, где сидя в позе «лотос» можно предаваться медитации… А вот еврейский Храм никак не соответствовал этой цели. Почему? Потому что был плох? Или просто он другой? Ведь мы с вами на Востоке, а значит всё можно попытаться объяснить, сославшись на разный менталитет, на разное мировосприятие. Как сказал Киплинг: «Запад есть Запад, Восток есть Восток, и с места они не сойдут, пока не предстанет Небо с Землёй на Страшный Господень суд».

Несколько общих замечаний. Прежде всего, иудаизм не претендует на всеобщность и универсальность. Иудаизм – религия частная, только для евреев. Она им предписывает определённое поведение. Например, еврею запрещено изнурять свою плоть и принимать на себя всякого рода запреты. Еврей обязан в ходе естественной, нормальной жизни одухотворять её, извлекая из самых обыденных и, для кого-то, может быть, низменных вещей, искры святости, которые разбросаны повсюду. Как говорил один мудрец: если хочешь вытащить человека из грязи, не бойся испачкаться.

Мы уже поняли, что Храм, несмотря на своё внешнее великолепие, был местом «грязной» работы. Забой скота, кровь в больших количествах изливаемая на жертвенник, запах горелого мяса… И всё это в присутствии большого количества людей и почти тропической жары – являло собой малоэстетическое зрелище. Согласиться с тем, что подобное действо возвышает наш дух – очень трудно. Но почему мы так любим жить стереотипами? Почему говоря о Храме, мы всё время хотим свести всё, происходившее там, к духовному восхождению? И что это такое – духовное восхождение? Что-то сродни аристотелевскому катарсису?

В трактате «Йома» описывается служба первосвященника в Йом Кипур. Во время одной из исповедей первосвященник произносил Имя Б-га. Мишна пишет: «Народ, стоящий там, когда они слышали это Имя, вышедшее из уст первосвященника, падали ниц говоря: благословенно Имя Великое, царство Его во веки веков» /Йома: гл. 6, мишна 2/. Может быть в этот момент происходило возвышение духа? Или, напротив, их охватывал жуткий страх перед той неведомой силой, которая способна покарать за неправедную жизнь?

Можно долго фантазировать на эту тему, то так и не прийти к единому мнению относительно возвышения духа? Эйфория? Ощущение свободного полёта? Если представить, что возвышение духа связано с полной и окончательной победой над материальностью, можно прийти к очень неожиданному ответу, максимальное возвышение духа – это физическая смерть. Когда евреи у горы Синай удостоились Б‑нного Откровения, их души, почувствовав близость Г-да, рванулись из тел вон. И люди стали умирать. Тогда поднялся страшный крик. Весь народ отступил от горы, а на гору взошёл только Моше, способный выдержать близость Б‑нного Присутствия. Думаю, что в Йом Кипур происходило нечто подобное.

Позволю себе провести параллель между жертвоприношением и хирургической операцией. Думаю, что наблюдать в операционной за действием хирургов – занятие малоприятное. Однако в результате этих «кровавых» действий может быть спасена человеческая жизнь. Так и в Храме, потоки льющейся крови, вонь и нечистоты – неизбежное «зло» очистительного процесса.

Мы для себя уяснили, что служение в Храме не было рассчитано на зрителей и возможное достижение катарсиса. В Храме очищении от скверны происходило иным путём. Хотя переживания людей, приносящих жертву, играли важную роль. Об этом мы уже говорили выше: человек, приносящий в жертву животное, скорбит об утраченном чувстве единства с миром. Именно это переживание и способно произвести на него определённо очищающее воздействие.

Поговорим о процессе жертвоприношения. В храмовой службе он был самым важным. В Мишне, в трактате «Тамид», подробно описывается работа когенов/священников и левитов, их помощников. Она требовала от исполнителей точного выполнения всех предписаний. Вы ведь можете себе представить, какой автомобиль сойдёт с заводского конвейера, если не будет строго соблюдаться технологический процесс!

Левиты и когены не имели своих земельных наделов. В еврейском народе они - каста, принадлежность к которой передаётся только по мужской линии. Их поселения были по всей земле Израиля. Из когенов составлялись 24 бригады. Каждая из них два раза в год выполняла работу в Храме. Требования, предъявляемые к когенам, были: физическое здоровье, ритуальная чистота и знание храмовых ритуалов.

С тех пор, как Храм перестал существовать, коганим утратили свою значимость. Однако закон и традиции предписывают им определённое поведение. Им нельзя бывать на кладбище, находиться с покойником под одной крышей, жениться на разведённой или на женщине, принявшей гиюр. В синагоге когена всегда первого вызывают к Торе. Он благословляет народ во время молитвы. Когда Храм будет отстроен, они снова приступят к своим обязанностям.

Подробно рассматривать служение когенов я не буду, это займёт слишком много времени. Остановлюсь только на одном эпизоде. И связан он с «козлом отпущения», любимым выражением борцов за личную неприкосновенность. Происходило это в Йом Кипур/День Прощения. К первосвященнику подводили двух одинаковых козлов. Он становился между ними и вытаскивал жребий, какой козёл будет вознесён на жертвенник Б-гу, а какой отправится к Азазелу. (Азазел в христианской традиции – это чёрт, а в иудаизме - высокий, крутой утёс в Иудейской пустыне, в двенадцати километрах на восток от Иерусалима). Козёл для Азазела был украшен красными лентами и, приветствуемый толпой зевак, в сопровождении посыльного важно шествовал на вершину горы. Я не знаю, о чём думают козлы, но этот, судя по описаниям, воображал себя владыкой мира. Его приводил на вершину горы. Огромная пустыня расстилалась у его ног. Вдали виднелось Мёртвое море, а за ним горы Амона. Вот он, момент козлиной истины: «весь мир под ногами, ты счастлив и нем…» И в этот момент сопровождающий сталкивал козла в пропасть. Обрыв был настолько крутой и глубокий, что животное, ударяясь о выступы, погибало раньше, чем долетало до дна. Кусочек красной ленты, украшавшей его рога, оставался в руках сопровождающего. Если лента изменяла цвет и светлела, все грехи народа, которые первосвященник «нагружал» на козла перед отправкой в пустыню, прощались. Если лента оставалась красной, народ продолжал нести грехи на себе.

Говорят, последние сорок лет перед разрушением Храма лента оставалась красной, и сопровождающему велели её выбрасывать вслед за козлом, чтобы не смущать народ.

История с «козлом отпущения», уносившим грехи народа, сегодня для нас своего рода притча, литературный образ. А в те достопамятные времена она была реальностью, влиявшей на духовное состояние народа.

Н. Еврееинов в своей книге «От Азазела до Диониса» пишет, что ритуал с «козлом отпущения» является прародителем современного театра.

Несколько слов о самом Храме. В Мишне, трактате«Мидот», приводится строение Храма и его размеры. Принцип построения был указан ещё Моше на горе Синай. Г-дь сказал ему: «Всё, как Я показываю тебе, образец Мишкана/разборного Храма и образец всех сосудов его, так и сделай». /Шмот 24,9/

В основе сооружения лежит тройственность. Когда мы определяем количество каких-либо предметов словом «много», что мы имеем в виду? «Много» - это сколько? Минимум «три». Мы считаем: один, два, много. Вы спросите, почему всё, что больше одного, нельзя принять за «много»? «Много» – это сродни толпе, лишённой личностных качеств. Когда есть два объекта, обязательно происходит противостояние, что всегда предполагает индивидуализацию. Если этого нет, объекты становятся одним целым. От числа «три» и более – личностное столкновение исчезает. Возникает толпа, то сеть - «много». Множественность – суть материального мира. Поэтому число «три», как начало множества, его основа. Для нас оно наиболее доступно и через него удобнее всего освятить мир.

Суть храмового сооружения в сочетании трёх пространств, одно внутри другого. Внутреннее пространство обладает большей святостью, нежели внешнее. Схематически это можно изобразить в виде трёх окружностей, имеющих один центр.



Такое же строение имел лагерь Израиля во время сорокалетнем путешествии по пустыне.

Аналогичный принцип в основе Храма Соломона. Зрубавель, восстановив Храм после вавилонского разрушения, был верен плану Соломона. Царь Ирод, перестроив Храм в первом веке до н.э. сохранил неизменным первоначальный принцип тройственности.

Всё, что время для нас сохранило: археологические артефакты и исторические описания, связано с Храмом Ирода.

Вот как описывал Храм историк Иосиф Флавий:

«Внешний вид храма представлял всё, что только могло восхищать глаз и душу. Покрытый со всех сторон тяжёлыми золотыми листами, он блистал на утреннем солнце ярким огненным блеском, ослепительным для глаз, как солнечные лучи. Чужим, прибывавшим на поклонение в Иерусалим, он издали казался покрытым снегом, ибо там, где он не был позолочен, он был ослепительно бел.» – Иосиф Флавий, «Иудейская Война» V, 5:6

Макет, построенный по реконструкции израильского учёного Мазара, позволяет наглядно представить, как выглядел Храм.



Внешний двор, обнесённый колоннадой, был доступен всем желающим, евреям и неевреям. Его размеры были 250+250 метров. В южной части двора располагалась царская базилика. Знатные граждане и особы из царской семьи могли оттуда наблюдать за храмовой службой.

Размеры внутреннего двора, куда могли войти только евреи, находящиеся в состоянии ритуальной чистоты, имел размеры 161х67.5 метра. Схематически внутренний двор и храмовые помещения выглядели так:



Займёмся внутренним двором. Двенадцать ступеней вели из внешнего двора во внутренний. За пять метров до ступеней была невысокая ограда, в виде деревянной решётки, высотой 1 метр. Ограда служила границей для неевреев. К ограде были повсюду прикреплены таблички с надписью на двух языках греческом и латинском: «всякий чужой, прошедший за ограду, будет казнён».

Преодолев 12 ступеней и пройдя сквозь огромные двухстворчатые ворота, мы попадали на самый большой «Женский двор». Его размеры 67 х 67 метров. По углам располагались строения без крыши, размером 20 х 30 метров. Их было четыре: «палата масла», «палата дров», «палата назареев» и «палата прокажённых». «Палата масел» - это своего рода склад, для хранения оливкового масла. «Палата дров» склад леса для жертвенника. «Палата назареев», служила для тех, кто, приняв на себя обет назарейства, при завершении срока клятвы проходили здесь определённые процедуры возвращения к прежней жизни: обривали все волосы на теле, варили мясо повинной жертвы и съедали его. «Палата прокажённых». Там, излечившиеся от проказы, совершали процедуры ритуального очищения.

Пройдя «Женский двор» и поднявшись на пятнадцать ступеней, мы через ворота Никанора попадали во «Двор Израиля». В Талмуде/ «Йома» 38,а/ рассказывается о чуде, произошедшем с этими воротами. Их изготовил Никанор, богатый еврей из Александрии. Когда он перевозил их морем в Израиль, поднялась буря. Чтобы облегчить судно, матросы выбросили одну створку ворот в море. Но это не помогло. Они схватили вторую створку, чтобы отправить её вслед за первой, но Никанор вцепился в ворота мёртвой хваткой, сказав, что их выбросят в море только вместе с ним. В то же мгновение море успокоилось. Всю оставшуюся дорогу Никанор очень горевал, что ему не удалось доставить ворота в Храм. Но когда они пришвартовались в Акко, выброшенную створку обнаружили под днищем корабля. Ворота благополучно доставили в Иерусалим и назвали в честь Никанора.

«Двор Израиля» был шириной всего пять с половиной метра. В правом углу находилась «Палата тёсаных камней», в которой располагался Сангедрин, высший законодательный орган государства. В нём заседали мудрецы: 23 судьи и их 43 ученика.

Поднявшись ещё на четыре ступеньки, мы попадали во «Двор священников/ коганим». В центре двора был расположен внешний или большой жертвенник, на котором всегда поддерживали огонь. Жертвенник представлял собой гигантский куб, высотой 4.5 метра, сужающийся кверху. Его основание – 16х16 метров, а верхняя плата – 14х14 метров.

На жертвеннике располагался большой костёр для вознесения жертв, малый костёр для поддержания постоянного огня и место для сбора пепла, который, по мере накопления, сгружали вниз.

На север от жертвенника находились приспособления для забоя и разделки жертвенных животных, «Бет метбахим/дом поваров».

На жертвенник, с южной стороны вёл подъём, в виде наклонной дороги, шириной 8 метров, называемый «кэвес». По нему священники возносили жертвы и спускали пепел.

Между жертвенником и входом в Улам/Притвор находился умывальник. Коганим, прежде чем войти вовнутрь Храма, или подняться на жертвенник, омывали руки и ноги. Кстати, на всей территории Храма нельзя было ходить в обуви. В зимнее время года это обстоятельство создавало для священников определённые трудности.

Мусульмане до сих пор перед входом в мечеть омывают руки и ноги и оставляют свою обувь снаружи. Видимо, святость мечети для них равна святости Храма для евреев.

Двенадцать ступеней вели от жертвенника к Уламу. Каждая третья ступенька была шире двух предыдущих в три раза. Её размер составлял 1,5 м. По такой лестнице невозможно было быстро взбегать. Только восходить. «Улам/Притвор» был узкий, всего три метра шириной. Сразу после входа, справа и слева, находились два стола с двенадцатью п-образными подносами на каждом. Они служили для ритуала «перемены хлебов» / «лехем-а-паним», возлагаемых на внутренний золотой стол, стоящий в Гейхале, следующем помещении Храма. Один стол был из мрамора, второй – из золота. Раз в неделю, по субботам, старые хлеба заменялись новыми. Церемония выглядела следующим образом: коганим вносили двенадцать свежих хлебов в Улам и оставляли их на мраморном столе. Затем освобождали золотой стол в Гейхале, убрав старые хлеба на золотой стол в Уламе. После этого свежие хлеба с мраморного стола переносили на внутренний золотой стол, стоящий в Гейхале, а старые хлеба уносили из Улама наружу. Они шли в пищу коганим.

Почему в Уламе были разные столы, один из мрамора, а другой из золота? Дело в том, что «в святости нельзя понижать, в святости только повышают». Как это понимать? Каждый день, кроме праздников, полагается накладывать тфилин на руку и на голову. Головной тфилин обладает большей святостью, нежели ручной. Значит, его можно одеть только после ручного, а снять – первым. Святость Гейхала выше, чем Улама. До того, как хлеба попали на золотой стол в Гейхале, их можно положить на мраморный стол в Уламе. Но после золотого стола в Гейхале вернуть их на мраморный в Уламе уже нельзя. Это будет «понижение в святости». Значит, стол для «разгрузки» должен быть тоже золотой.

С двух сторон к Уламу примыкали два помещения длиной по 7,5 метра. Они назывались «бейт а-халифот» и служили для хранения ножей, используемых для убоя и разделки жертвенных животных.

Пройдя Улам, мы попадаем в Гейхал. Его размеры 20х10 метров. Стены Гейхала изнутри были покрыты золотом, снаружи - мрамором зелёного, синего и белого цвета. Когда солнечные блики падали на стены Гейхала, их цвет напоминал морскую волну.

Любопытно, что окна в Гейхале были широкими снаружи и узкими внутри. Идея таких окон в том, что свет изливался из Храма в мир.

Справа, у северной стены, стоял золотой стол для хлебов. Слева, у южной стены – минора/семисвечник. В центре – небольшой золотой жертвенник для воскурения благовоний.



В Гейхал заходили только священники/коганим. Они возжигали благовонья, меняли масло в миноре, заменяли хлеба. Были такие жертвоприношения, которые требовали окропления кровью жертвенного животного завесы между Гейхалом и Святая Святых.

В Йом Кипур первосвященник несколько раз заходил за завесу в Святая Святых. Для безопасности его обвязывали верёвкой, чтобы в случае какого-либо несчастья вытащить его наружу. Ведь никто другой кроме него зайти за завесу не мог.

Последнее, самое западное помещение Храма – Святая Святых/Кодеш Кодошим. Размеры её 10х10 метров.

В первом Храме, построенном царём Соломоном, Гейхал и Святая Святых разделялись стеной, в которой была дверь. В Святая Святых находился ковчег Завета со Скрижалями.

В Храме Ирода вместо разделительной стены были два занавеса и между ними зазор в полметра.



Сама Святая Святых во Втором Храме была пуста. Ковчег со Скрижалями исчез при разрушении Храма Соломона.

В семидесятые годы первого века новой эры жил в Александрии один философ - антисемит по имени Апион. Его труды сегодня мало, кто знает, а прославился он благодаря еврейскому историку Иосифу Флавию, написавшему про него небольшой трактат, под названием «Против Апиона».

Этот Апион любил на досуге фантазировать и свои фантазии заносить на папирус. В городе Александрия круглый год стоит жара. Жажда мучает. Её надо утолять. Лучше всего это делать красным сухим вином. Апион не был стеснён в средствах и красного вина имел в избытке. Однажды хорошо утолив жажду, он поведал миру «страшилку» про евреев и про их Храм:

«Он /Апион/ рассказал и другую порочащую нас басню об эллинах, в связи с чем вполне уместно заметить, что тому, кто берется рассуждать о благочестии, не худо бы знать, что·даже входить в Храм менее непристойно, чем нечестиво разглагольствовать о священнослужителях. Однако они /апионы/ стараются скорее оправдать этого нечестивого царя /Антиоха Эпифана/, чем сообщить справедливые и правдоподобные сведения о нас и о нашем Храме. Так, желая угодить Антиоху и покрыть его святотатственное вероломство, которое по отношению к нашему народу он позволил себе из-за недостатка в средствах, они приписали нам вещи, которые мы будто бы намеревались совершить впоследствии. Глашатаем всех остальных стал Апион, который сказал, что «Антиох нашел в Храме /в Святая Святых/ ложе и лежащего на нем человека, перед которым был поставлен небольшой стол, исполненный изысканными яствами, плодами морскими и земными. Царь был поражен этому. А тот стал тотчас славить его приход, как будто он пришел оказать ему величайшую услугу, и, припав к его коленям и протягивая к нему правую руку, стал молить его об освобождении. Царь приказал ему, чтобы тот сел и рассказал ему, кто он такой, почему живет здесь, и откуда все эти яства, и тогда этот человек, обливаясь слезами, поведал ему жалобную историю о своем несчастии. Он сказал, – говорит Апион, – что по происхождению он эллин, и что когда он бродил по стране в поисках пропитания, его неожиданно схватили какие-то незнакомые люди, привели в Храм и там заперли, и что ему ни с кем не позволяют видеться, хотя и откармливают всевозможными яствами. Поначалу эти бесчисленные видимые благодеяния доставляли ему радость, потом стали внушать подозрение и наконец, привели его в полнейшее недоумение. Когда же ему удалось расспросить об этом приходящих к нему слуг, тут-то он и узнал об ужасном еврейском обычае, ради которого его откармливали. Они совершают его каждый год в определенное время. Поймав какого-нибудь греческого бродягу, они в продолжение года кормят этого человека, затем, отведя в какой-то лес, убивают, тело его по своему обряду приносят в жертву и, вкусив от его внутренностей во время жертвоприношения, приносят клятву в том, что всегда будут ненавидеть эллинов. Вслед за тем останки этого человека они бросают в какой-то ров»./Иосиф Флавий «Против Апиона»./

Классический «кровавый навет», пользовавшийся популярностью в Европе, оказывается не что иное, как один из ритуалов храмовой службы.

Поселить в Святая Святых Храма греческого бродягу, и откармливать его на убой - такое даже Голливуду не под силу придумать.

Может быть, такие дикие фантазии навеяны «звенящей пустотой» самого святого для евреев места? Ведь мы же знаем, что согласно житейской мудрости «свято место пусто не бывает»! Тем более что в Храме Соломона, в Святая Святых, находился ковчег со Скрижалями и два огромных литых из золота ангела, называемые «крувим». Почему бы и Ироду не приказать своим мастерам соорудить нечто этакое и поместить за завесу?


Центр Института Храма в Иерусалиме



Наши мудрецы учат, что Храм Соломона и Храм Ирода имели разное назначение. Храм Соломона соединял Небо и Землю. Святая Святых и ковчег Завета были той точкой, в которой дух и материя соприкасались.

Храм Ирода объединял народ. Для этой цели главное – внешний вид Храма и происходящие там ритуалы. Вернитесь к отрывку из «Иудейской войны» Иосифа Флавия, в котором он даёт описание Храма, и вы убедитесь в справедливости моих слов.

Надеюсь, этот краткий очерк позволил вам немного представить Иерусалимский Храм и то значение, которое он играл в жизни евреев. Наши мудрецы учат, что приход Машиаха ознаменуется строительством Третьего Храма, без которого невозможно окончательное исправление мира, тикун а-олам – так это называется на иврите. И только наши добрые дела и молитвы способны приблизить этот желанный день.
Андрей вне форума   Ответить с цитированием
Старый 04.01.2017, 02:39   #2
Noahid
Бней Ноах
 
Аватар для Noahid
 
Регистрация: 09.05.2013
Сообщений: 829
По умолчанию

а можно ссылочку на оригинал?
Noahid вне форума   Ответить с цитированием
Старый 04.01.2017, 11:46   #3
Андрей
Форумчанин
 
Регистрация: 04.08.2016
Сообщений: 725
По умолчанию

javascript:ArtEditAvt(this, '1696', 'Михаил Коган', 'http://berkovich-zametki.com/Avtory/MKogan.htm')


http://berkovich-zametki.com/Avtory/MKogan.htm
Андрей вне форума   Ответить с цитированием
Старый 05.01.2017, 16:28   #4
Noahid
Бней Ноах
 
Аватар для Noahid
 
Регистрация: 09.05.2013
Сообщений: 829
По умолчанию

Спасибо!
Noahid вне форума   Ответить с цитированием
Старый 21.02.2017, 08:36   #5
Андрей Дубин
Модератор
 
Аватар для Андрей Дубин
 
Регистрация: 04.02.2017
Сообщений: 967
По умолчанию

Почему Храм не упадет с неба?

Шошана Бродская


В последнее время распространилось мнение, что Третий Храм не будет постороен людьми - Господь сам создаст его и спустит на положенное ему место, а людям останется только его украсить (исполнив этим заповедь "сделаете Мне святилище"). Оставим в стороне психологическое объяснение этого феномена (глубокое отчаяние и пессимизм, охватившие народ в последние столетия галута) и исследуем вопрос по источникам.
Как ни странно, подтверждение этому мнению находят в прямом тексте Торы, в нашей "недельной главе" Бэшалах ("Когда отпустил..."). В известном гимне Шират а-ям ("Песнь на [Красном] море") есть такие строки:
Приведи его (еврейский народ - Ш.Б.) и укорени его на горе, наследии Твоем,
место для обитания Твоего создал Ты, Господь;
святилище, Господь, установили руки Твои. (Шмот, 15:17)
РАШИ (рабейну Шломо Ицхаки), ссылаясь на Мехилту (сборник комментариев на текст Торы, составленный "танаями", мудрецами Мишны), утверждает, что под "местом пребывания" и "святилищем" подразумевается Храм. Он приводит два мидраша: согласно одному, материальный Храм сосредоточен напротив духовного, "небесного" Храма; согласно второму, Господь, действительно, создаст Храм "обеими руками", когда весь мир признает Его царскую власть.
Эти два мидраша явно друг другу противоречат. Если объяснить отрывок согласно первому из них, то очевидно, что "своими руками" Господь создал духовный прообраз Храма, а материальный Храм создавать людям. Если же взять за основу второй, то получается, что Храм построить невозможно, пока весь мир не признал власть Бога.
Чтобы разрешить это противоречие, объясним подробнее, что такое мидраш.
Когда бабушка хочет научить внучку слушаться старших, она рассказывает ей страшную историю про Красную Шапочку, которая не пошла по дорожке, как наказала ей мама, а заблудилась в лесу и наткнулась на серого волка.
Когда Дэйл Карнеги хочет продемонстрировать нам результат определенного поведения, он рассказывает историю из жизни какой-нибудь известной личности (лорда, бизнесмена, кинозвезды), на печальном (или счастливом) опыте которой мы можем поучиться.
Отличие Дэйла Карнеги от вышеупомянутой бабушки в том, что он работал со взрослыми, которые не верят сказкам и которым нужен для примера "жизненный материал". Отличие наших мудрецов, авторов мидрашей, от Дейла Карнеги - в том, что они работали со знатоками Торы: а) которым в качестве примера нужен был текст, обладающий для них авторитетом; б) которым достаточно намека, чтобы они поняли объясняемую им идею.
Таким образом, мидраш - это пример на базе текста, объясняющий в виде намека некую общую идею, а не комментарий к тексту. Мидраш не претендует на историческую достоверность или на уточнение сказанного в тексте. Поэтому на один и тот же эпизод может быть несколько мидрашей, зачастую друг другу противоречащих.
Не будем углубляться в значение вышеупомянутых мидрашей, подчеркнем лишь, что они не ставят своей задачей сообщить, как именно будет построен Храм. Они используют Храм как аллегорию.
Кстати, обратим внимание, что даже в мидрашах не говорится, что речь идет о Третьем Храме (что понятно, если исходить из того, что Храм здесь - символ, а не конкретное строение). Более того - о том, что Храм построен, сказано в прошедшем времени! (Напомним, что речь идет о моменте выхода евреев из Египта). Можно, конечно, возразить, что это было пророчество о будущем, а в тексте пророчества времена часто путаются; но чтобы в одной фразе говорилось одновременно о прошлом и о будущем ("приведи...создал") - это уж, действительно, редкое явление!
Сделаем некоторое отступление, чтобы объяснить еще один термин - "кадош" ("святой").
В русском языке слово "святой" значит "имеющий отношение к культу". И хотя мы, не задумываясь, произносим фразы типа "посвятить время детям", "посвятить стихотворение матери", мы никогда не имеем при этом в виду, что время или стихотворение стали "святыми". Происходит это потому, что слово "посвятить" в данном значении - калька с библейского иврита (видимо, через старославянский). Русский язык перенял это слово, деформировав его значение. В иврите же слово "святой" имеет значение "выделенный для определенной цели", а "посвятить", соответственно - "выделить для определенной цели". Таким образом, фраза на иврите "посвятить время детям" будет означать именно то, что данное время стало святым, приобрело особый статус. Этому есть много подтверждений в ТАНАХе.
В частности, еврейский народ Тора называет "святым" не потому, что над головой каждого еврея сияет нимб, а потому, что еврейский народ - это объект специального назначения, общность, выделенная для определенной цели.
Слово "Микдаш" ("Храм") однокоренное со словом "кадош". То есть, в широком смысле Микдаш - это нечто, специально предназначенное для службы Всевышнему.
Можно предположить, что "Микдаш", о котором говорит прямой текст Торы в нашем отрывке - это образное название для чего-то, что действительно уже было на тот момент создано, причем именно руками Всевышнего. Тора называет это двумя выражениями: "махон ле шивтеха" ("место для обитания Твоего", вторая строка) и "микдаш" ("святилище", то есть "объект особого назначения", третья строка). Если мы посмотрим контекст (например, первую из приведенных строк), станет очевидно, что речь идет о еврейском народе - общности, созданной Всевышним в момент исхода из Египта для определенной цели (причем именно "руками" - "рукою крепкой и мышцею простертой"), общности, которой обещано, что, если она будет соответствовать критериям "спецназа" Всевышнего, она удостоится Его постоянного присутствия (шхины), то есть станет "местом Его обитания". Что же касается Храма как строения, то он здесь, в открытом тексте, просто не обсуждается.
Это одно из возможных мнений. Но даже если предположить, что оно не верно и правы те, кто понимает слово "Микдаш" в узком смысле ("Храм") - это все равно не может отменить заповедь из Торы построить Храм (как сказано в книге Шмот, 25:8), ведь тот, кто отменяет хотя бы одну заповедь, как будто не признает всю Тору (а "украсить" и "построить" - это очевидно разные вещи).
Заповеди даны еврейскому народу, чтобы он их исполнял. А-Шем не сочинял заповеди для Себя. Если в Торе написано, что нужно строить Храм и приносить в нем жертвы, значит, евреи должны построить Храм как можно скорее и начать жертвоприношения. Наше пессимистическое расположение духа А-Шема не интересует - ведь все время, пока не действует Храм, не выполняется более трети заповедей из Торы, без чего невозможно исправление мира под властью Бога, да начнется оно в ближайшее время, в наши дни, амен!
Андрей Дубин вне форума   Ответить с цитированием
Старый 03.03.2017, 13:45   #6
Андрей Дубин
Модератор
 
Аватар для Андрей Дубин
 
Регистрация: 04.02.2017
Сообщений: 967
По умолчанию

ИЕРУСАЛИМСКИЙ ХРАМ
Иерусалимский храм (до разрушения Первого Храма)
Иерусали?мский храм (ивр. המקדש בית, Бейт а-Микдаш, т. е. «Дом Святости»; ивр. מקדש, Микдаш) являлся центром религиозной жизни еврейского народа между X веком до н. э. и I веком н. э. Храм располагался на Храмовой горе (ивр. הבית הר, hар а-Баит) в Иерусалиме и служил единственным разрешённым местом жертвоприношений Единому Богу, которые приносились коэнами и левитами. Храм также являлся объектом паломничества всех евреев три раза в год: на Песах, Шавуот и Сукот.
Согласно Библии, временным храмом после Исхода евреев из Египта и до строительства Храма в Иерусалиме служила переносная Скиния собрания. Иерусалимский храм представлял собой здание и этим отличался от жертвенника и открытого святилища (бама). В Храме находились предметы, символизирующие присутствие Бога (Ковчег Завета со Скрижалями Завета и херувимы), а также утварь для священнослужения. Наиболее важными предметами храмовой утвари являются:
• Большой жертвенник всесожжения, на котором приносились в жертву животные, посвящённые Богу, а также совершались хлебные приношения и возлияния вина.
• Золотой жертвенник воскурения, на котором воскурялся фимиам.
• Золотая Менора, которая своим светом освещала Храм.
• Золотой Стол хлебов предложения, на котором помещались священные «хлебы предложения».
Согласно иудаизму, Храм будет восстановлен в будущем и станет духовным центром для еврейского народа и всего человечества.
В Библии Храм обычно называется «יהוה בית» (вследствие запрета на произношение имени Бога читается Бейт Адонай — Дом Господа или Бейт Элоhим — Дом Бога). Часто в поэтических текстах в Пятикнижии и Пророках Храм называется «Леванон» (ивр. לונון, «белый», или «ливанский», поскольку его предназначение — «очищать (обелять) от грехов», а также, поскольку при его постройке использовалась древесина ливанских кедров). Название «Бейт а-Микдаш» получило распространение со времён Мишны (II век). В еврейской религиозной литературе широко употребляется название «Бейт а-Бхира» (ивр. הבחיר בית‎, Дом Избрания) (как правило, это название относится к Храму Соломона, поскольку его строительство ознаменовало избрание постоянного местопребывания Шхины (Славы Божией) на земле, как сказано: «На место, которое изберёт Господь, Бог ваш, для водворения там имени Своего» (Втор. 12:11)). В поэтической литературе Храм называется также именем «Ариель» (ивр.אריאל, букв. «Божественный лев», источником этого названия является Мишна (Мидот IV,7), где здание Храма (вероятнее всего, Храм Ирода) сравнивается с образом льва, у которого передняя часть значительно выше задней).
Предназначение Храма в иудаизме
Заповедь строительства Скинии и Храма
В еврейской Галахе заповедь строительства Храма является повелением из поколения в поколение строить здание, которое станет центром священнослужения еврейского народа, и в котором будут приноситься жертвоприношения Единому Богу. «И построят Мне святилище, и буду Я пребывать среди них» (Исх. 25:8)
В иудаизме существует два основных мнения по вопросу о назначении Храма. С одной стороны, строительство Скинии, а позже и Храма, рассматривается как некое снисхождение к человеческой природе, в лучшем случае некое средство; с другой, напротив, Храм представляет собой вершину всех мыслимых совершенств. Оба эти подхода напрямую связаны с разногласием относительно датировки получения заповеди о постройке Скинии (дело в том, что повествование в Писании не всегда придерживается хронологического порядка).
• Согласно первой версии (Мидраш Танхума), заповедь о строительстве Скинии была дана в Йом Кипур, то есть в тот день, когда Всевышний простил евреям грех Золотого тельца. До этого греха не было необходимости в Храме, так как Шхина (Слава Божия), обитала среди народа.
• В то же время, в другом авторитетном источнике (Мидраш Шир а-ширим Раба) утверждается, что законы о постройке Скинии были даны на горе Синай, то есть в данном случае Писание придерживается хронологического порядка изложения. Согласно этому мнению, Храм является точкой соприкосновения земли с небом и изначально необходимым компонентом мироздания.
Таким образом, в иудаизме существует два образа понимания предназначения и смысла Храма, один расценивает его как ценность прикладную, второй — как безусловную.
Так или иначе, Творец, без всякого сомнения, выше любого здания — Он не нуждается в «жилой площади», не нуждается в жертвоприношениях, воскурениях, возлияниях и т. п. Всюду в тексте Писания, где сказано: «Моя жертва», «Мой хлеб», имеется в виду: «жертва, посвящённая Мне», «хлеб, посвящённый Мне». Так, Раши объясняет, что слова «И построят Мне святилище» означают «Во имя Меня». То есть, это место будет оставаться святым до тех пор, пока оно используется для служения Всевышнему.
"Следует отметить, что в Торе сказано не «Я буду обитать в нём», но «Я буду обитать среди них», то есть среди людей. Это означает, что Слава Божия проявляется не столько через сам Храм, сколько через народ, построивший его. Не Храм является причиной раскрытия Славы Божией, а самоотверженное желание людей ощутить руку Всевышнего, управляющего миром везде и повсюду" (Сончино).
"Сказано (Исх. 25:8): «Пусть сделают они Мне святилище, и буду обитать среди [или: внутри] них» — в них, людях, а не в нём, в святилище. Все мы должны воздвигнуть Скинию в наших сердцах, дабы Бог обитал там" (Мальбим).
Тем самым, еврейские пророки (ср. Иеремия 7:4-14; Исайя 1:11 и др.) и законоучители неоднократно подчёркивали тот факт, что Храм нужен не Богу, а самим людям.
Мнения о значении Храма
«Двенадцать находившихся там хлебов соответствуют двенадцати месяцам; семь лампад [светильника] — солнцу, луне и пяти [известным тогда] планетам [Меркурий, Венера, Марс, Юпитер и Сатурн]; а четыре рода материалов, из которых была соткана завеса, — четырём стихиям [земля, море, воздух и огонь]» (Иосиф Флавий, «Иудейские древности» III, 7:7)
«Храм, прообраз мироздания, назван «вратами небес», ибо Божественный свет исходит из высшего мира в нижний и наполняет Храм, а из Храма распространяется по всей земле, и каждый элемент мира получает предназначенный ему свет из соответствующей детали Храма» (р. Йешая Алеви Горовиц (XVI в.), «Шней лухот а-Брит»)
«На западе стоял Ковчег Закона с его украшенной херувимами крышкой; на севере — Стол с хлебами предложения; на юге — Менора с лампадами; восточная сторона была обращена к народу, с той стороны был вход, и там, один за другим, стояли жертвенники, которые как бы побуждали людей к радостной самозабвенной отдаче себя Божественной Торе, ожидающей их на западе. Мы верим, что не ошибёмся, предположив, что западная сторона призвана была олицетворять Тору и Присутствие Бога, которое она, и только она, воплощает; северная сторона — материальную жизнь; южная — духовную жизнь; восточная же — конкретный народ, народ Израиля, призванный к самоотверженному служению Богу и Его Торе» (р. Шимшон Рафаэль Гирш)
«Десять чудес были явлены нашим предкам в Храме: не было выкидыша у женщин из-за запаха жертвенного мяса; никогда не гнило жертвенное мясо; не было мух в месте забоя животных; ни разу не было поллюции у Первосвященника в Йом Кипур; дожди не гасили огонь на жертвеннике; ветер не отклонял столб дыма; ни разу не было так, чтобы сноп, жертвенные хлеба и приносимый на стол хлеб оказались непригодными; стоять было тесно, а падать ниц – просторно; ни разу не укусила змея и не ужалил скорпион в Иерусалиме; ни разу не сказал человек: "Мне не хватает денег, чтобы остаться ночевать в Иерусалиме"» (Мишна, Авот 5:7)
Функции Храма
Согласно тексту Писания, функции Храма можно разделить на несколько основных категорий, которые, прежде всего, базируются на том, что
• Главное и важнейшее предназначение Храма — служить местом, где Шхина Творца (Слава Божия) пребывает на земле, среди народа Израиля. Служить как бы дворцом Небесного Царя, куда бы народ стекался для выражения своих верноподданнических чувств и покорности. Храм также являлся и своего рода резиденцией высшего духовного правительства народа.
Исходя из этого, Храм является
• местом служения Богу, где осуществляются регулярные церемонии и жертвоприношения. Это также место, где каждый может приблизиться к Богу и принести искупительную или благодарственную жертву.
• местом проявления Славы Божией (Шхины). Для всех живших в те времена, когда существовала Скиния и Храм, пребывание Славы Божией в Храме не было вопросом веры; это было простое знание, факт, столь же очевидный, как пребывание в небесах солнца и луны.
Кроме этого, Храм также служил
• местом собрания всего народа, главным образом, три раза в год: на Песах, Шавуот и Сукот.
• хранилищем высшей национальной святыни, Ковчега Завета, и свитков Торы, которые служили эталоном для всех прочих свитков.
• местом заседания Высшего Суда (Санхедрина).
• хранилищем храмовой казны, которая находилась в сокровищнице, помещавшейся в Святилище (I Цар. 14:26; II Цар. 12:19, 14:14, 18:15, 24:13; I Хрон. 9:16, 26:20; II Хрон. 5:1). Существовала также «сокровищница посвящённых даров», в которой хранились захваченные в ходе военных действий трофеи, а также дары царей и военачальников (II Сам. 8:11,12; I Цар. 7:51; II Хрон. 5:11), равно как и подношения частных лиц (Лев. 27; II Цар. 12:4,5 и в других местах). В Храме также хранилось царское оружие (например, стрелы и щит Давида (II Цар. 11:10; II Хрон. 23:9)).
• По-видимому, в Храме находились также десятина (зерно и крупный и мелкий рогатый скот) и продовольственные запасы, из которых выделялось содержание левитам...
Архитектура Иерусалимского храма
В Иерусалиме стояли два Храма, однако, с точки зрения архитектуры, их было три: Храм Соломона, Храм Зоровавеля и Храм Ирода. Кроме этого, существует также описание Храма, которое дано было Иезекиилю (Йехезкелю) в пророческим видении (Иезек. 40 — 48) для будущего Третьего Храма.
Общие особенности Иерусалимских храмов
Храмы, существовавшие в Иерусалиме, отличаются друг от друга множеством архитектурных особенностей и деталей, следуя, тем не менее, основному образцу, общему для всех. Маймонид выделяет главные детали, которые должны присутствовать в еврейском Храме, и они являются общими для всех храмов в еврейской истории:
«Следующие вещи являются главными при постройке Храма: делают в нём Кодеш (Святилище) и Кодеш а-кодашим (Святая святых), и перед Святилищем должно быть помещение, которое называется Улам (Притвор); и всё вместе называется hейхал. И возводят ограду вокруг hейхала, на расстоянии не меньшем, чем то, что было в Скинии; и всё, что внутри этой ограды, называется Азара (двор). Всё же вместе называется Храм» (Маймонид, Мишнэ Тора, Законы Храма, 1:5)
По степени святости порядок частей Храма следующий:
• Святая святых (הקודשים קודש, Кодеш а-кодашим или דביר, Двир) — наиболее священное отделение Храма, в котором помещался Ковчег Завета (во Втором Храме, однако, Святая святых была пуста). Туда не входил никто, кроме первосвященника, который совершал там обряд воскурения раз в году, в Йом Кипур.
• Святилище (הקודש, а-Кодеш или היכל, hейхал (так же часто называется и всё здание Храма)) — наибольшее отделение Храма, где происходила основная храмовая служба, и из которого проход вёл в Святая святых. Здесь находились: Менора, Стол хлебов предложения и Жертвенник воскурения.
• Притвор (אולם ,Улам) — западное отделение Храма, которое отделяло святое от мирского и служило вестибюлем. В Скинии эта часть отсутствовала.
• Вокруг здания Храма ограда определяла территорию храмового двора (חצר, Хацер или העזרה, Азара), где помещались жертвенник всесожжения и медный умывальник.
• Территория вокруг всего этого комплекса, который и назывался «Храм», в Скинии называлась «Лагерь левитов» (Маханэ левия), поскольку там на стоянках размещалось колено левитов, а в Храме — «Храмовая гора» (hар а-Баит). Часть этой территории составлял «Женский двор» (Эзрат нашим), однако неизвестно, существовал ли он во всех храмах.
Храмовая служба. Жертвоприношения в иудаизме
Мишна, сочинения Иосифа Флавия и другие еврейские источники содержат обширный материал относительно храмового ритуала. Хотя эти свидетельства по большей части относятся к последним годам существования Храма, в основных чертах храмовая служба сложилась в начальный период Первого Храма и вряд ли претерпела существенные изменения.
Правом служить в Храме обладали священники (коэны) — потомки Аарона. Левиты же исполняли должности певчих, привратников, хранителей храмового имущества и казны; они также прислуживали священникам во время храмовых ритуалов. Царь обладал священным статусом в Храме (I Цар. 8:64, 9:25 и др.), однако, в отличие от священников, он не мог входить в hейхал и воскурять фимиам (II Хрон. 26:16). Царь имел право планировать храмовое здание (I Цар. 6–7), устанавливать праздники (I Цар. 8:65–66), освящать, в случае необходимости, внутренний двор (I Цар. 8:64), изменять форму и местоположение жертвенника (II Цар. 16:10–16), вводить дополнительные жертвоприношения (II Хрон. 29:20, 21) и устанавливать распорядок службы священников и левитов (II Хрон. 29:25).
Путём храмового жертвоприношения и сопровождающего его очищения искуплялись прегрешения как частных лиц, так и всего народа, что способствовало духовному очищению и моральному совершенствованию Израиля. Храмовый культ рассматривался как источник благословения не только для евреев, но и для всех народов мира.
Храм в еврейской истории
Согласно Библии, после Исхода евреев из Египта временным храмом служила переносная Скиния собрания. Перед началом завоевания Ханаана, во Второзаконии (Втор. 12:11-27) подчёркивается, что служение Богу должно происходить «На месте, которое изберёт Господь».
После завоевания Ханаана Скинию неоднократно перевозили с места на место в Земле Израиля (II Сам. 7:6; ср. Хр. 21:29; II Хр. 1:3-6). Центральным святилищем Израиля в эпоху Судей стала Скиния в Шило (Суд. 18:31; I Сам. 1:9; 3:3), где в то время хранился Ковчег Завета. Шило в этот период служил местом собрания израильских колен (Нав. 18:1, 21:2, 22:9, 12). Судя по всему, со временем, строение Скинии в Шило становится более постоянным — её стены становятся каменными, хотя, по-прежнему, Скиния была покрыта сверху завесами (Мишна, Звахим 14:6). Поэтому Скиния в Шило названа Домом Бога (I Сам. 1:7, 24; 3:15) или Дворцом Бога (I Сам. 3:3).
В царствование Саула (Шауля) филистимляне нанесли израильтянам сокрушительное поражение у Афеки и, захватив сопровождавший израильское войско Ковчег Завета (I Сам. 4:1-11), двинулись на Шило и разрушили его (археологические раскопки подтвердили, что город был уничтожен в середине XI века до н. э. и долгое время оставался в руинах).
Библия повествует, что в горах надела Эфраима некий Миха сделал небольшой храм, где стояла статуя и находился эйфод. В этом храме прислуживал левит (Суд. 17-18). В древнем храме в Хевроне Давид был помазан на царство над Иудеей (II Сам. 2:4), а затем — и над всем Израилем (II Сам. 5:3). В небольшом храме в Негеве хранился меч Голиафа (I Сам. 21:1-10). Храмы существовали также в Шхеме, Бейт-Лехеме, Мицпе-Гиладе и в Гиват-Шауле.
Первый Храм: Храм Соломона (950 — 586 до н. э.)
Возможная реконструкция Храма Соломона
Создание центрального Храма в древнем Израиле олицетворяло объединение Израильского царства и могло произойти лишь во время упрочения этого единства. И действительно, согласно Библии, Храм был воздвигнут в период самого высшего проявления национального единства еврейского народа, в царствование Соломона. Соломону удалось осуществить план постройки грандиозного Храма, к которому устремлялись бы на поклонение евреи со всех концов Израиля.
Библия повествует, что во всё время, пока евреи должны были воевать за свою независимость с соседними народами, Бог не хотел обитать в «Доме», а странствовал «в шатре и Скинии» (II Сам. 7:6).
Царь Давид завоевал столицу йевусеев Иерусалим и торжественно перенёс Ковчег Завета туда, где поместил его в специально предназначенную для него скинию и лично принёс в ней жертвы Богу (II Сам. 6). Иерусалим находился на территории между наделами колена Йегуды) (к которому принадлежал Давид) и колена Биньямина (к которому принадлежал первый царь Израиля Шауль. Перенеся Ковчег Завета — символ присутствия Бога — в город, не принадлежавший ни одному из колен и бывший в личном владении царя, Давид, тем самым, превратил свою столицу в святой город, вокруг которого концентрировалась религиозная жизнь всех двенадцати колен Израиля.
В Иерусалиме Давид купил у йевусита Аравны (вероятно «Аравна» не является именем собственным, а означает на йевусейском языке «царь») гору Мориа, где воздвиг на месте гумна жертвенник Богу Израиля, чтобы остановить поразившую народ эпидемию (II Сам. 24:18 и далее; I Хрон. 21). Согласно Библии (II Хрон. 3:1), это и есть гора Мориа, где происходило жертвоприношение Ицхака. Давид намеревался соорудить на этом месте Храм, однако, вняв словам пророка Натана (II Сам. гл. 7), оставил эту миссию своему сыну Соломону (Шломо).
Строительство Храма Соломона
За годы своего правления царь Давид произвёл значительные приготовления для строительства Храма (I Хрон. 22:5). Соломону Давид передал разработанный им совместно с Верховным Судом (Санхедрином) план Храма (I Хрон. 28:11-18).
Соломон (970 — 930 гг. до н. э.) приступил к строительству Храма на четвёртый год своего царствования, в 480 году после Исхода евреев из Египта, в начале второго месяца (I Цар. 6:1, 37; II Хрон. 3:1, 2). За содействием он обратился к Хираму, царю финикийского Тира. Тот прислал опытного зодчего по имени Хирам-Абиф (иногда его отождествляют с главным сборщиком податей Соломона – Адононирамом), плотников и других ремесленников.
Строительство самого Храма длилось 7 лет: с 957 по 950 гг. до н. э. гг. до н. э. Работа была завершена в восьмом месяце 11-го года царствования Соломона (I Цар. 6:37-38). Празднование освящения Храма было произведено на следующий год, в седьмом месяце, перед праздником Сукот (Кущей), и было отпраздновано с величайшей торжественностью, при участии старейшин Израиля, глав колен и родов (I Цаp. 8:1-66, II Хрон. 5:1-7, 10). Ковчег Завета был торжественно установлен в Святая святых, и Соломон вознёс публичную молитву. Празднование освящения Храма длилось 14 дней (II Хрон. 7:8) и его описание свидетельствует о том, что строительство Храма было делом величайшей важности для всего народа.
Храм являлся частью комплекса царского дворца и, несомненно, доминировал над окружающими постройками. Дворец, над возведением которого трудился, вероятно, тот же финикийский зодчий Хирам, располагался рядом с Храмом и сообщался с ним посредством отдельного входа. Недалеко от Храма Соломон также построил свой летний дворец и дворец для дочери египетского фараона, которую взял в жёны. Строительство всего храмового комплекса длилось 16 лет.
История Храма Соломона
Великолепное здание Храма сделало его с самого начала центральным святилищем для всего Израиля, хотя наряду с ним продолжали существовать и местные святилища — бамот. Вошло в обычай восходить три раза в год в Иерусалимский храм, как раньше в Скинию, которая располагалась в Шило. Однако ухудшение политической ситуации в конце правления Соломона и в дни его преемников отразилось на судьбе Храма. Чтобы подорвать статус Иерусалима как духовно-политического центра всех израильских колен, основатель Израильского (Северного) царства Иеровоам I (930 год до н. э.) восстановил святилища в Бейт-Эле (где, согласно Библии, еще Яаков основал святилище Бога Израиля (Быт. 28:22)) и Дане (I Цар. 12:26-33) и превратил их в подобие Иерусалимского храма. В обоих храмах Иеровоам установил золотых тельцов (I Цар. 12:28).
Тем временем, в Иудее Иерусалимский храм всё более и более возвышался в глазах народа и занял первое место в поклонении Единому Богу. Гора Мориа, на которой стоял Храм, стала считаться Божией горой, а Храм — жилищем Господним. Уже древнейшие пророки, творения которых дошли до нас, предполагают, что Сион (частью которого является гора Мориа) является исключительным местопребыванием Господа на земле (как некогда гора Синай) (Амос 1:2; Исаия 6:1; 18:7). Чудесное избавление Иерусалима и вместе с ним всей Иудеи от нашествия Санхерива в 701 году до н. э. ещё больше окружило Иерусалимский храм ореолом Божественной святости и чудодейственной силы. Однако существование местных бамот рядом с постоянным Храмом считалось нормальным явлением ввиду того значения, которое придавалось народом жертвоприношениям (Иерусалимский храм, очевидно, оказался недостаточным для удовлетворения народной потребности в отправлении религиозных обрядов).
Политическая слабость и военные поражения Иудеи плачевно сказывались на храмовой сокровищнице, Xрам неоднократно грабили, оскверняли и вновь восстанавливали. Иногда сами иудейские цари при нужде в деньгах брали из сокровищ Храма. Тем не менее, производились и восстановления Храма.
Царь Езекия (Хизкияу), находившийся под влиянием пророка Исаии (Йешаягу), сделал серьёзную попытку уничтожить местные святилища. Иерусалимский храм был объявлен единственным законным местом служения Богу Израиля в Иудее (I Сам. 21:1-10). Но его реформа была временной, после его смерти, при царе Манассии (Менаше) языческие капища были возобновлены, а в самом Храме были поставлены статуя Астарты и языческие жертвенники, и в нём были поселены блудницы (II Сам. 7:6 ).
Падение Северного царства и разрушение ассирийцами израильских храмов в Дане и в Бейт Эле в 732 и 721 гг. до н. э. укрепило положение Иерусалимского храма в качестве центрального святилища всех израильских колен. В результате, паломники из бывшего Израильского царства прибывали на Песах в Иерусалим (II Хрон. 30:1). С восшествием же на престол благочестивого царя Иосии (Йошиягу) в 662 году до н. э. были ликвидированы все языческие культы, разрушены алтари в культовых центрах северных колен, и Иерусалимский храм был окончательно превращён в национально-религиозный центр (II Цар. 23:21; II Хрон. 35:1-18). С тех пор в Иудее было одно единственное Святилище, куда паломничали даже самаритяне (что можно заключить из того, что после разрушения Иерусалима и основания политического центра в Мицпе самаритяне из Шхема, Шило и Caмapии направлялись в религиозных процессиях в «Дом Божий», в Мицпе).
Вскоре после смерти Иосии (Йошиягу) Навуходоносор забрал «часть сосудов дома Господня… и положил их в капище своем в Вавилоне» (II Хр. 36:7). Спустя 8 лет после этого, при царе Иехонии Навуходоносор захватил Иерусалим и «вывез все сокровища дома Господня… и изломал… все золотые сосуды, которые Соломон, царь Израилев, сделал в храме Господнем» (II Цар. 24:13). Ещё через 11 лет, после того, как Седекия (Цидкиягу) объявил отделение Иудеи от Вавилона, вавилоняне, под предводительством Навузардана, в 586 год до н. э. (или в 423 году до н. э., согласно традиционной еврейской хронологии) захватили Иерусалим вновь и на этот раз полностью разрушили Храм Соломона до самого основания (II Цар 25:9-17; II Хрон. 36:19). Большинство жителей Иерусалима были убиты, оставшиеся взяты в плен и угнаны в рабство в Вавилонию. Ковчег Завета был при этом утерян.
Со времени пророка Михи (начало VIII в. до н. э.) пророки не переставали предостерегать, что в наказание за моральные и религиозные прегрешения Израиля Храм будет разрушен (Иер. 7:4, 14; 26:4-6; Иез. 5:11 и др). Разрушение Храма и последовавшее за ним вавилонское пленение стало подтверждением этих пророчеств и, в результате, вызвало стремление к неукоснительному соблюдению Закона и надежду, в духе пророческих видений Иезекииля (Йехезкеля) (Иез. 40-48), на возвращение из изгнания и восстановление Храма. В память о разрушении Храма и сопровождавших его событиях было установлено четыре поста (Зх. 7:1; 8:19), среди которых пост 9 Ава знаменовал день, когда был разрушен Храм.

По материалам сайта www. ru.wikipedia.org
Андрей Дубин вне форума   Ответить с цитированием
Ответ


Здесь присутствуют: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1)
 
Опции темы Поиск в этой теме
Поиск в этой теме:

Расширенный поиск
Опции просмотра

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Вкл.

Быстрый переход



Текущее время: 13:05. Часовой пояс GMT +4.


Powered by vBulletin® Version 3.8.7
Copyright ©2000 - 2018, vBulletin Solutions, Inc. Перевод: zCarot
Мнение Администрации форума может не совпадать с мнением авторов сообщений.